Юлиан Семенов о похождениях Всеволода Владимирова/Максима Исаева/Макса Отто фон Штирлица написал целый цикл из четырнадцати романов. Удивительно, но именно роман "Семнадцать мгновений весны", самый неправдоподобный, самый беспомощный, самый лубочный, сюжет которого двигают явные ляпы - получил самую роскошную в СССР экранизацию и стал самым популярным произведением одного из самых плодовитых советских детективщиков.

О ляпах. Их там выше крыши. Начнем, пожалуй, с того, что член Движения до тридцать третьего года, истинный ариец, спортсмен, красавец, отмечен наградами рейхсфюрера - и вдруг холостякует. Причем давно холостякует. И, судя по сюжету, даже не посещал лебенсборн. Один только этот факт стал бы основанием для расследования, финалом которого стала либо женитьба на арийке, которую ему рекомендовало бы расовое управление, либо концлагерь, либо автокатастрофа.

Но поближе к сюжету. Есть там такой агент Клаус, личный агент Штирлица. Нет, то, что такой провокатор мог быть, отрицать глупо. Но вот вопрос: а мог ли высокопоставленный сотрудник Шестого управления РСХА(внешняя СД, политическая разведка) вербовать агентов внутри Германии? Позволили бы ему это? Навряд ли, ведь вербовкой осведомителей и сбором от них информации внутри рейха занималось Третье управление - внутренняя СД. И, естественно, гестапо.

Теперь касательно "окна" на границе, через которое Штирлиц преспокойно ходит сам и водит пастора Шлага, профессора Плейшнера, радистку... Нет, то, что он это мог делать и делал - вопросов нет. Но такая нелепая ситуация, когда перепуганный адъютант Мюллера докладывает "Штирлиц идет по коридору!" тоже вряд ли могла бы быть возможной - и пограничная стража, и даже таможня на рассматриваемый момент времени были частью гестапо. И Мюллеру стоило бы только отдать распоряжение, и через короткий промежуток времени ему на стол легло бы донесение, в котором подробно было бы изложено, под каким именем и через какой переход штандартенфюрер Штирлиц пересек границу рейха.

Теперь мы подходим к откровенному гэгу в стиле "Кривого зеркала". Штандартенфюрер(то есть полковник) Штирлиц, сотрудник ЦЕНТРАЛЬНОГО АППАРАТА ПОЛИТИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ случайно(!) в коридоре(!!) видит унтера из гестапо(!!!), который вносит в кабинет сотрудника ЦЕНТРАЛЬНОГО АППАРАТА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ТАЙНОЙ ПОЛИЦИИ чемодан с рацией(!!!!). Потом он легко, как бы между делом заходит к нему в кабинет, в легком разговоре гестаповец выкладывет Максу Отто, откуда у него взялась рация, потом влетает в кабинет своего шефа, начальника управления ПОЛИТИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ, взволнованно рассказывает ему, как долго и безуспешно он охотится за передатчиком(!) и как он поднаторел на радиоиграх(!!), получает санкцию шефа, приезжает в Шарите, арестовывает и молниеносно вербует радистку, а охуевший от всего этого пердимонокля папаша Мюллер только и говорит:"Учитесь, щеглы, чистая работа!"

Дело в том, что центральный аппарат гестапо и центральный аппарат внешней СД находились не просто в разных зданиях, а в разных районах Берлина: аппарат Мюллера в центре Берлина на Принц-Альбрехтштрассе, 9, а аппарат Шелленберга - на Беркаерштрассе,62, на другом конце Берлина. Поэтому, прогуливаясь по коридорам своего управления, Штирлиц просто не мог оказаться перед дверями сотрудника центрального аппарата гестапо, в кабинет которого затаскивали чемодан с рацией, как в какую-то каптерку.

Не мог он и арестовать Кэт, причем так, что об этом не знали в гестапо. Если бы все произошло так, как в фильме, штандартенфюрера Штирлица уже допрашивали бы в гестапо на предмет связи с радисткой.

Нет, конечно, арестовать радистку он мог. Но не лично: сотрудники СД не имели права производить аресты, это могли делать только гестаповцы и криминальная полиция. То есть Штирлиц должен был лично явиться в местное отделение гестапо с подписанным отношением на арест фрау Кин. Сотрудник местного гестапо вряд ли отказал бы целому штандартенфюреру из СД и сделал бы это, и отвез бы фрау Кин туда, куда было бы указано, но группенфюрер Мюллер об этом, естественно, узнал бы сразу, как только начались бы поиски.

А самое смешное в этом гэге в том, что контрразведка - исключительная прерогатива гестапо. И Штирлиц хоть из бриджей бы выпрыгивал, но помочь своей радистке не смог бы ничем, никто бы ему не позволил заниматься радиоиграми.

И вообще, издавна существует непреложное правило: разведка и контрразведка не пересекаются никак. Им даже здания разносят подальше, чтообы не контачили друг с другом. Поэтому каноническая сцена со случайной встречей начальников разведки и контрразведки рейха столь же нелепа, как финал сказки про Красную Шапочку.

О "характеристиках на членов НСДАП с такого-то года" и говорить не хочется. Явная лажа. Калька с отечественных кадровых органов.

Киношники к ляпам писателя накидали кучу своих: и вагон на границе рейха и Швейцарии с надписью "МЕСТ-26", и галун на рукаве Мюллера, который ему носить не полагалось(галун в форме буквы V обозначал, что его владелец - член партии до января тридцать третьего года), и советская сантехника в доме Штирлица, и часы "Слава" в кабинете Мюллера, и карикатуры фломастером, и песни Эдит Пиаф Milord (1959 год) и Non, je ne regrette rien (1957 год)...

Да и не жаловали эсэсовцы в конце войны стильные черные мундиры от Хьюго Босс, которые уж явно указывали на то, что обладатель мундира - тыловая крыса.  Предпочитали френчи цвета фельдграу, под фронтовиков косили.

А самый юмор в том, что полковник СД и советский разведчик так успешно срывал планы нацистов, что за это был награжден "Железным крестом" лично фюрером. Еще бы чуть-чуть, пару месяцев - и "Хайль Штирлиц!"

А еще на Джеймса Бонда говорят, мол, сказка и лажа...

ЗЫ. А консультировал кинишку лично товарищ Цвигун, да... Которому так все понравилось, что он про себя аж целую трилогию написал. И Тихонова приказал в кино снять за себя. Такой же лубок: "Фронт без флангов", "Фронт за линией фронта", "Фронт в тылу врага"...
.

Profile

zuof8: (Default)
zuof8

Most Popular Tags

Powered by Dreamwidth Studios

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags